Дзержинского не надо ни романтизировать, ни заляпывать грязью. Это типичная фигура своего времени. Но не дай бог, чтобы такое время повторилось.

 

 ДЗЕРЖИНСКИЙ Феликс Эдмундович (1877-1926). Революционер, после Октября — руководитель органов ВЧК-ОГПУ. Из семьи польского шляхтича. В 1895 г. вступил в Литов­скую социал-демократическую организацию, в 1900-м - в Со­циал-демократию Королевства Поль­ши и Литвы (СДКПиЛ). Пред­ставитель СДКПиЛ в ЦК РСДРП, в 1906-1912 гг. — член ЦК РСДРП (б). На каторге, в тюрьмах и в ссылках отбыл 11 лет. В декабре 1917 г. по предложению Ленина назначен председателем Всероссийской чрез­вычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК). В феврале 1922-го возглавил структуру, сменившую ВЧК,  - Главное политическое управление (ГПУ) НКВД. Не оставляя этих постов, в 1921-1924 гг. - нарком путей сообщения, а с февраля 1924-го — и глава высшего хозяйственного органа страны  - ВСНХ СССР. Со­ветская пропаганда романтизировала Дзержинского, подчеркивая идеализм и чистоту «железного Феликса». Сегодня чаще вспоминают о жесткости проводимого им «красного террора», сам Дзержинский предстает ограниченным фанатиком, одним из отцов «советского тоталитаризма».

Истоки

 1877 г., имение Дзержиново, Ошмян­ский уезд Виленской губернии. Ныне  — Белоруссия, тогда — западная окраина Российской империи. Память о подавлении восстания 1863 г., начавшаяся русификаторская политика — саднящая рана для местного польского населения. Мальчик растет в среде, где российскую власть, «москалей» не любят. Нелюбовь к «москалям» он потом в себе изживет, став убежденным интернационалистом. Ненависть к российской власти останется.

 Отец рано умер, мать одна поднимала восьмерых детей. У семьи было около 100 га земли (в основном лес). Мать сдавала ее в аренду, с того жили. Быт — скудный, полукрестьянский.

 Судьбы родных дают представление о семейном характере. Братья. Игнаций — учитель, умер своей смертью. Стани­слав - банковский служащий, в 1917-м в Дзержинове убит грабителями (знакомые доверили на хранение деньги, какие-то бандиты прознали; Стах был при оружии, но убийцы прикинулись голод­ными беженцами, он пустил их в дом). Владислав - видный польский ученый-медик, расстрелян немцами в концлагере за отказ сотрудничать. Казимир - инженер, жил в Дзержинове, расстрелян за связь с партизанами (работая в комендатуре, предупреждал местных жителей о готовящихся угонах в Германию). Сест­ры: Ядвига - жила в Москве, умерла в 1949-м; Альдона - жила в Польше, умерла в 1966-м; Ванда нелепо погибла в 14 лет — кто-то из братьев, балуясь, пальнул в окно из ружья, попал в нее. Сейчас пишут, что стрелял, конечно, Феликс. На самом деле — никто не знает: мать, оберегая психику потрясенных детей, категорически запретила обсуждать дома эту тему.

Образование

 В ПЕРВОМ классе Виленской гимназии Феликс оставлен на второй год. Полный курс не закончил, выпущен после семи классов с аттестатом: четверка по Закону Божию, две двойки (по русскому и греческому), остальное — тройки. Повод ехидничать? Но ведь мальчишка из деревни попал в гимназию, практически не владея русским языком! А преподавание на польском было запрещено.

 Кстати, в той же гимназии учился Юзеф Пилсудский, правда, был на 10 лет старше. Но можно судить о настроениях гимназистов.

 Русский язык Дзержинский в конце концов выучил (хотя говорил с акцентом). Сам выучил и немецкий. В ссылках перечитал много экономической и политической литературы. Шутил: для того человека и ссылают — на воле-то читать некогда.

Революционная борьба

 ПЕРВЫЙ опыт — неудачный: пошли с другом агитировать рабочих, а рабочие их побили. Позже, надо полагать, Феликс и с людьми научился говорить, а главное  — ситуация изменилась: накатывала революционная волна. Занимался ли он только агитацией? Интересный вопрос. У Юлиана Семенова был роман «Горение» об этом периоде жизни Дзержинского — но где кончается истина и начинается буйная семеновская фантазия? Так или иначе из красных вождей Феликс за решеткой пробыл больше всех.

 Байки, что в тюрьмах будущий шеф ЧК корешился с уголовниками, одновременно был стукачом, и блатные раз его избили, в нашем разговоре напрочь отверг доктор исторических наук А. Плеханов, досконально знающий биографию Дзержинского: везде, даже на каторге, тот сидел с политическими, с уголовными не соприкасался. Режим? По-разному. Если очень суровый — это, как правило, из-за администрации. В Первую мировую, например, голодали: начальник сказал — пока солдаты на фронте не сыты, не дам преступникам брюхо набивать. После революции 1905 г. в Варшавской цитадели, где сидел Дзержинский, почти каждую ночь кого-то из его товарищей вешали. Что симпатий к власти, понятно, тоже не прибавило.

Женщины

 ПЕРВАЯ любовь, Юлия Гольдман, умерла от чахотки у Феликса на руках. Во время одной из ссылок он пережил страст­ный роман с Маргаритой Николаевой, тоже ссыльной. Но до близости не дошло: Дзержинский считал, что за этим положен брак, а врачи тогда ошибочно напророчили, что жить ему, туберкулезнику, — года два. Видимо, ранняя смерть отца и мучительное последующее выживание матери с детьми на руках сидели в памяти. Позднее Дзержинский женился на революционерке Софье Мушкат, родился сын, однако Софья с ребенком вскоре оказалась в эмиграции (вернулись в 1919-м), а он… Тюрьмы, революции, Гражданская война, работа — в общем, нормальной семейной жизни не знал.

 …В начале 1920-х комендант Лубянки ночью проверял кабинеты. В одном застукал сотрудника и сотрудницу, занимающихся… ну, вы поняли. Написал рапорт. Резолюция Дзержинского: не сметь издеваться, молодые люди любят друг друга, они не виноваты, что в Москве жилищный кризис и негде уединиться. Может, долгая собственная семейная неустроенность сидела в подсознании?

Говоря о ВЧК

 ТЕМ, кто оправдывает Дзержинского и ВЧК, стоит напомнить о заложниках, о ставших нормой арестах, о ночных расстрелах под тарахтение автомобильного мотора. Помню фразу из воспоминаний одного бывшего чекиста о своем товарище (и любимце Феликса Эдмундовича): «Уничтожение представителей буржуазных классов он считал гигиенической процедурой, чем-то вроде чистки зубов».

Прямая речь

 РЕПЛИКА Ф. Дзержинского в марте 1921 г.: «Наша революция вступила в трагический период (…) приходится карать не только классовых врагов, а и рабочих и крестьян в Кронштадте, в Тамбовской губернии (…). Но я не могу, поймите, не могу».

 Цит. по: Плеханов А. «ВЧК-ОГПУ в годы новой экономической политики 1921-1928».

 Тем, кто стенает о «красных палачах», стоит заглянуть в публиковавшиеся в тогдашних газетах «расстрельные списки». Там ведь не только «представители буржуазных классов». Сплошь и рядом значится: «за бандитизм»… «за убийства»… «за фальшивомонетничество»… Волей-неволей ЧК взяло на себя и задачу «укрощения стихии». Кто бы попытался сегодня честно определить процент невинно убиенных агнцев и процент за дело прирезанных козлищ?

 Это в принципе было сумасшедшее, вывихнутое время, когда жизнь человека не стоила ничего. Да — зверства ЧК. А Деникин вспоминает вакханалию белых контрразведок, ставших «очагами провокации и организованного грабежа». А Махно в прин­ципе был против государ­ственного насилия, да военная реальность вынудила создать контрразведку — и потянулись, вспоминал его соратник Волин, «вереницы людей с жалобами»: убийства, пытки…

Кстати

 МЕЖДУ прочим — кто только в первые чекисты не попадал! Доморощенные якобинцы? Выше крыши! Поэты? Пожалуйста. Садисты, бандиты вроде Леньки Пантелеева? Сколько угодно! Вроде спецслужба - но мандаты ВЧК умудрились заиметь лихие английские шпионы Рейли и Дюкс. Иногда в книгах «по теме» встречаешь фамилию и ахаешь — этих-то как сюда занесло? Дочь Витте. Или дочь известного черносотенца Маркова-второго. Правда, фамилии они носили не родительские, но пошли же служить! Тоже штрих времени.

 Только к 1923 г. более или менее определились с принципами отбора кадров.

Потом

 ИСКРЕННИЙ и аскетичный Дзержин­ский отстроил свое беспощадное ведомст­во — и вовремя умер в 1926-м. Интересно, висели его портреты в кабинетах следователей 1937 года?

 Софья Сигизмундовна Дзержинская потом служила в аппарате ВЧК-ОГПУ, в партийных органах. В войну — в радиоразведке, награждена орденом Ленина. Сын Ясик (Ян) работал в Госплане. У него было двое детей, так что сегодня в Москве живут внуки и правнуки грозного Феликса. Но с журналистами они не общаются.

Сергей НЕХАМКИН

 

 

www.argumenti.ru