Когда читаешь записи Мельниченко, возникает чувство брезгливости, насколько эти люди низко пали, угождая своему патрону Кучме. Но кроме брезгливости возникает чувство огромного возмущения. Ведь украденные Кучмою восемь миллиардов долларов стали не последней причиной того, что население нашей страны сократилось на пять(!) миллионов человек. Миллионы людей и в первую очередь старики, пенсионеры, малоимущие, инвалиды банально умирали от невозможности обеспечить себя лекарствами и качественным лечением, полноценным питанием, нормальными условиями жизни. Миллионы украинцев не родились по причине того, что в семьях родители не могли в будущем своим детям обеспечить нормальную, достойную жизнь. Лишь в одном не понял Николая Мельниченко, о чем по-офицерски прямо спросил его при нашем знакомстве: «Почему ты не застрелил Кучму?» дальше

І наше традиційне. А що залишилось поза кадром? А поза кадром залишилась пікантна деталь. Під час неофіційної тусовки один із високопоставлених чиновників сказав щось подібно таке: «Складається враження, що сам Президент України гальмує роботу уряду». Чи відповіла щось на цю репліку Юлія Тимошенко нам достеменно не відомо. Може не почула, а може вдала,що не почула, або не зрозуміла. Цікаво що вона думає з цього приводу? дальше

Механизм государственно-частного партнерства, о внедрении которого вот уже несколько лет говорят украинские политики и эксперты, уже давно работает в рамках отдельно взятой бизнес-группы. Единственное отличие от обсуждаемой модели – государство в нашем случае не столько прирастает активами, сколько делится деньгами. Нынешнему министру топлива и энергетики Юрию Продану удалось выстроить, пожалуй, наиболее эффективную систему кооперации бизнеса и власти для освоения денежных потоков страны. Гибкость Юрия Продана и его команды позволяет максимально продлить доступ к государственным деньгам, постоянно наращивать масштаб этих изъятий и при этом делать все очень незаметно. Персональный состав участников Группы делает ее мобильной: ее лидер и неформальные подчиненные постоянно перемещаются с должности на должность в различных государственных и частных структурах, нигде не задерживаются надолго, но везде оставляют легчайший след своего пребывания. Этот след, как правило, тонет в бессильной ярости обобранных Группой людей: доказывать что-либо или слишком поздно или чревато последствиями. дальше

«Зрада. Це слово найточніше передає відчуття від дій української влади, яка нещодавно передала Узбекистанові … людей, які шукали в Україні притулку й захисту. Їх зраджено, бо віддано на катування, знущання та багаторічні муки в узбекистанських таборах. Це зрада, бо, просторікуючи про відданість демократії, права людини й европейський вибір, українська влада безсоромно зневажила ці цінності. І ще багато таких «бо». Як наслідок – країна по вуха сидить у гівні, й цього не розуміє, і навіть не думає відмиватися!» Так яскраво і пафосно, не лякаючись навіть не куртуазного слова «гівно» писав два роки тому на шпальтах «Критики» головний український правозахисник, мій колега по Українській Гельсінкській Спілці з прав людини Євген Юхимович Захаров. Приводом для допису стала депортація (вірніше прихована екстрадиція) в лютому 2006 року одинадцятьох узбецьких біженців силами СБУ, МВС та суддів «в цивільному». дальше